«Ему не посчастливилось попасть под тот закон. Если б Васильев сделал преступление сейчас, его бы к смертной экзекуции не приговорили»

Радик Хамитов, 1-ый глава горсуда Набережных Челнов, в беседе Сhelny-biz.ru сообщил о становлении работающей системы в автограде: как районный суд, который функционировал вплоть до 1995 года, пережил трансформацию и стал городским, как зарождался институт глобальных арбитров, и какой отбор проходили будущие работники (сходу сообщим, что половина претендентов его провалила). Наш собеседник вспомнил звучные дела, которые рассматривались в Челнах, также им лично. В их числе – людный процесс о закрытии медресе «Йолдыз», на который порывались придти порядка 150 человек. Однако, как подчеркивает Хамитов, твердый «фильтр» на познание татарского языка (а сторона заявляла о проведении процесса конкретно на татарском), прошли только 37. Больше масштабным был, разве что, громкий суд на «Гренаде» (фигуранта тогда приговорили к расстрелу), о котором Хамитов сейчас ведает своим учащимся в НЧИ КФУ.

Оценивая животрепещущую положение дел в делопроизводстве с высоты собственного опыта, бывший председатель резюмирует: «Мы беспокоятся за то, что на скамье обвиняемых чрезвычайно много дам, юных мужчин и чрезвычайно значительное число подростков». О судьбе молодых преступников, об неограниченном количестве дел, которые связаны с экстремизмом в числе молодежи в нулевые, о самых душераздирающих преступных действиях и про то, каким образом стал преподавать – в первом за длительное время интервью Радика Хамитова.

Публикация подгадана к 400-летию города Набережные Челны, проект реализуется при помощи банка ВТБ.

С ЧЕГО НАЧИНАЛСЯ ГОРСУД

«ЭТО БЫЛО ОБЯЗАННОСТЬЮ КАЖДОГО СУДЬИ – НЕСТИ НА ДЛЯ СЕБЯ ВСЮ НАГРУЗКУ»

– Радик Накимович, вы заступили на пост главу в 1995 году и практически стояли у истоков челнинского горсуда. Поведайте, каким вы приняли суд и как он с течением времени переформатировался из районного в городской?

– Если брать исторический нюанс – в 1626 году возникло селение Бережные Челны на берегу Камы у устья 2-ух рек: Челнинки и Мелекески. Так и Челны состояли из 2-ух частей. 1-ая – старый город Челны, с выходом на Каму с Центральной улицы, где были размещены дома негоциантов и т.д.. 2-ая часть – место, где смыкаются две речки Челнинка и Мелекеска. После революции территория заполучила заглавие Красные Челны – там была русская власть. Топографически Элеваторная гора возникла только тогда, когда в 1914 и 1917 годах немецко-бельгийское акционерное общество начало строить Набережночелнинский элеватор, существующ?? до настоящего времени.

А судебная власть в Челнах была поначалу участковой, позже городской. 1-ый городской суд в Набережных Челнах в послевоенное время возглавлял Петр Богомолов (с декабря 1960-го по май 1972-го). И, представьте для себя, после строительства Нижнекамской ГЭС, Завода ячеистых бетонов, Камского авто великана «Батыр», становления города как такого, горсуд, который действовал в Челнах (возглавлял его Антонов Олег Михайлович), поделили на районы – Автозаводский и Комсомольский. Кроме того, работал Тукаевский районный суд. В 1995 году сделали вывод, что есть надобность соединить суды. Однако Тукаевский, хоть он и находился конкретно в черте города, проводил все свои организационные мероприятия на территории района, это было административно-территориальное отделение.

А городской суд получил свое наименование в июне 1995 года. Я был уже 5 лет главой суда Комсомольского района. Главой суда Автозаводского района был Рафаил Хамматович Хабибуллин, и сделать единый Набережночелнинский городской суд была его начинание. На конкурсной базе Квалификационная коллегия арбитров Республики Татарстан посоветовала меня на пост главу суда. Тогда мне был сорок один год. Суд размещался в 3-х зданиях – 8Б/4 на ГЭСе, 43/16 (административный и уголовный следовательно) и 40/10А (гражданский). Вот таким образом возник городской суд и началась его многофункциональная деятельность под моим управлением. Я возглавлял его 17,пять лет с переизбранием.

– Понятно, что тогда в штате работало приблизительно 40 арбитров. Этого коллектива было довольно, чтоб осилить весь размер работы?

– Полное количество арбитров по уголовным и гражданским делам не соответствовало тому размеру, дававш?? бы возможность каждому из них трудиться в обычном темпе и ракурсе. Однако это не сообщает про то, что они не делали свои многофункциональные обязанности. Это было обязанностью каждого судьи – нести на для себя всю нагрузку. Дневали и ночевали в суде. По вопросам дизайна документов работали секретари судебных совещаний, канцелярия, делопроизводители, судьи. Позже стало легче – возник штат помощников. И каждый судья понемногу, но позже, получил ассистента. Сейчас они несут на для себя чрезвычайно суровую нагрузку: исследование и подготовка дел, подготовка процессуальных документов, помощь секретарю слушания в суде и арбитре во всех вопросах.

– Как зарождался институт глобальных арбитров в Челнах и с какими сложностями пришлось столкнуться первоначально?

– На меня глава Верховного суда республики Татарстан Геннадий Михайлович Баранов возложил обязанность по организации и подбору кадров на тот штат, который подразумевался на территории Набережных Челнов. А сущность была в последующем. Когда вышло нормативно-правовые акты, которое регулирует компанию мировой юстиции, порядок был этот: на 15–30 тысяч жителей один мировой судья со своим штатом. Беря во внимание, что количественное соотношение жителей повсевременно изменяется, вышло приблизительно 20 участков. Было предположение: судьи должны находиться на том участке, на котором были избраны и утверждены (по принципу расположения участковых и инспекторов милиции). А помещений нет. Администрация города положительно отреагировала на эти трудности, и в различных комплексах города были организованы рабочие места.

Появился 2-ой вопрос – где взять глобальных арбитров? Мы начали подбирать их из тех, кто ушел из состава общегосударственных арбитров, из тех, кто ранее трудился в прокуратуре, из тех, кто занимался адвокатской работой. Кого-либо я знал, кого-либо – нет. Кому-то говорил: «Простите, я вас не советую». Судья должен не только иметь проф качества и образовательный уровень, да и состав семьи, отношение к работе.

– Много человек пришлось отсеять таким образом?

– Претендентов было 40 человек, указано – 20. Мы отобрали таким образом, чтоб безболезненно начать работать. Конечно же, в каждом здании, где посиживали мировые судьи, был назначен так именуемый старший мировой судья. На него были возложены доп обязанности.

– Организационного характера?

– Да. И я их держал под контролем. Мировые судьи приходили на общие совещания либо заседания арбитров города. Я не давал им возможности из 1-го строения ездить в другое. Приемлим, каждый понедельник я проводил заседание арбитров, которые работают территориально. Туда приходили мировые судьи, консультанты и общегосударственные судьи со своими ассистентами. Например, утро каждого вторника у меня начиналось с заседания в помещении 43/16. Туда приходили работники, которые работали в близкорасположенных зданиях. Среда – заседание арбитров по гражданским делам, туда же приглашались мировые суди территориально. В числе прочего, раздельно, по категории уголовных дел, консультанты и общегосударственные судья проводили занятия с глобальными.

Сформировалась отличная команда. Неудача была в другом: законотворец не предположил, что в судебную систему России вводится дополнительная инстанция – апелляционная. Её не было. Она была только в Арбитраже. Вот представьте, мировой судья рассмотрел уголовное дело по первой инстанции, вынес вердикт. Пострадавшая сторона, очевидец либо сам осужденный пишет апелляционную обращение. И с учетом этой апелляционной жалобы дело идет куда? К общегосударственному арбитре, который и знать не в курсе, что это дело рассмотрели. И вышло так: мировой судья завален жалобами, и общегосударственный судья загружен выше, чем был. Они загружены и по сейчас.

Положение техперсонала тоже типичное. Мировые судьи входят в состав арбитров общей юрисдикции. А его штат – ассистент, секретарь, специалист и т.д. – не являются подчиненными Верховного суда республики Татарстан и городского суда. Они относятся к Министерству юстиции РТ. Эти индивидуальности дают маленькую несбалансированность.

КАК И КОГО СУДИЛИ

«ИЗ 40 АРБИТРОВ НЕ НАШЛОСЬ НИКОГО, КТО МОГ БЫ ВЗЯТЬ ДЕЛО В СОЗДАНИЕ»

– В девяностые в Челнах «преуспевали» грустно популярные на всю Российскую Федерацию группы – «Тагирьяновские», «29-й комплекс» и т.д.. Бизнес мучился от рэкета, бизнесменов похищали, заказывали их убийство и т.д.. Ясно, что огромную часть схожих приговоров вынесли в Верховном суде РТ. Однако и в городском тоже судили преступников. Поведайте про эти годы, как вы и ваши соратники управлялись, работая в таковых тяжелых критериях?

– Тяжкие преступного деяния были прерогативой Верховного суда республики Татарстан. Судья, получив дело, исследовав его и назначив рассмотрение, выезжал к нам. Мы организовывали ему помещение, место, где он был должен проводить судебное совещание. Так производили правосудие. Была организована масса мероприятий с той целью, чтоб суд прошел, также, обеспечение охраной. Помню уголовное дело в отношении Васильева, его изучали на «Гренаде» в восьмидесятые годы. Его тогда приговорили к расстрелу. Дело имело чрезвычайно суровый резонанс, естественно, и в плане справедливости. Ему не посчастливилось с тем, что он попал под тот закон. Если б Васильев сделал преступление сейчас, его бы к смертной экзекуции не приговорили.

Я учащимся постоянно рассказываю: берем уголовный кодекс, особую часть. Там в статьях прописана возможность внедрения смертной экзекуции. Никто её не убирал, никто её не отменял. Она есть. Однако есть постановление Конституционного суда Россия о неприменении смертной экзекуции. В конечном итоге возникло подобное наказание как…?

– Бессрочное лишение свободы.

– Да, а по истечении 25-летнего пребывания в колонии особенного режима лицо обладает правом подать заявление на УДО. Однако освобожденных по условно-досрочному освобождению после этого срока практически нет. Есть, но чрезвычайно не много.

– Вот, к слову, любопытно, почему?

– А так как тяжесть совершенного преступного деяния не дает оснований их простить. По условно-досрочному освобождению выходят в связи с плохим состоянием здоровья и люди с ограниченными возможностями, на содержание которых необходимы огромные траты. После двадцать пять лет он никакого ущерба никому причинить не может. Однако снова-таки есть пострадавшая сторона, которая против этого.

– Вы затронули процесс по делу Васильева, но это был единичный случай, когда столько слушателей принимали участие в совещании. Как ранее проводились, так сообщим, не настолько масштабные процессы? Исходя из убеждений организации любопытно слушать.

– Сейчас данный вопрос уже в прошедшем, так как суд переехал в новое издание. Однако могу сообщить последующее. Хоть какой судья, который назначен председательствующим в данном процессе, должен очень допустить всех желающих.

Приведу пример, когда в суд пришли 150 человек. Это был процесс по закрытию медресе «Йолдыз». Мне говорят: «Радик Накимовоч, судьи отказываются, не могут взять материалы гражданского дела – ВТОЦ* сообщил, что суд должен вестись на татарском языке». Из 40 арбитров не нашлось никого, кто мог бы взять дело в создание. Так как я владею татарским языком в совершенстве, мною было решено о рассмотрении дела по факту, но в зал мы допустили только тех, кто обладает татарским языком. А из 150 людей, которые пришли тем днём на суд, были допущены в зал методом отбора только 37. Так мы решили эту дилемму. Дело, отправленное в Москву по жалобе, возвратилось из Верховного суда Россия без изменений.

– Тогда было много дел, которые связаны с радикальной работой, челнинскую молодежь ввязывали если не в группировку, то в другую схожую компанию.

– Вы осознаете, все, что соединено с экстремизмом, прежде всего, было соединено с бравацией молодежи. Приемлим, задержали группу и предъявили обвинение. В данной группе 5 подростков. Они, так сообщим, храбрятся перед теми, кто старше. Причина одна – у нас до настоящего времени нет ювенальной юстиции. Как её введут, суд будет изучать уголовные дела, которые связаны с несовершеннолетними и молодыми, раздельно от других. И мера, и направление их на отбывание наказания поменяется. Будет уже не воспитательная колония общего режима, а ПТУ, спецшкола, специальное подразделение. Вот для вас, пожалуйста, определенный круг лиц, которые были направлены на увеличение уровня профессионалитета.

– Как вы распределяли уголовные дела?

– Распределение уголовных дел к изучения было возложено на первого заместителя главу городского суда Ибрагимова Шамиля Ганеевича. А распределение гражданских дел территориально держала под контролем зам руководителя горсуда, одна из ведущих профессионалов республики Татарстан, Никулина Надежда Константиновна.

– А какие самые звучные и запоминающиеся дела вы изучали? Бывают некоторые уголовные дела особенной тяжести, которые, наверняка, из памяти не выкинешь.

– Самые беспощадные дела – убийство младенца малыша мамой. Во все времена. За тридцать лет я рассмотрел три схожих дела. Говорить не буду, так как я точно знаю, вы будете рыдать, слезы на очах покажутся и у меня. Тела младенцев находили в ванных комнатах, в стружке, в опилках, спрятанные в мусорной яме.

– Криминалистика за прошедшие десятки лет очень продвинулась. Мне постоянно было любопытно, как тогда было трудно изучить доказательную базу, которую представляло следствие, как было трудно её оценивать?

– Все, что касается криминалистических исследовательских работ, по практике изучения уголовного дела, смотрится приблизительно так. Самыми простыми числятся следы пальцев рук по папиллярным узорам и следы стопы. Есть исключения: когда папиллярный узор на подушке пальцев руки протерт или уничтожен. Генетика дает возможность их восстановления по другим соответствующим чертам: роговица, ушная раковина, зубы, скелет либо другие особенные приметы, которые могут привести к тому правильному выводу, который нужен.

На данный момент генетики по срезу волос устанавливают личность. Сейчас генетика – хромосомы, ДНК и другое – в собственном парном соотношении дают ответ: был здоров ребенок либо нет, имел ли он отличия. Все, что касается гражданско-законодательного спора, а это спор особенного порядка – установление отцовства и материнства, дает ответ на данный вопрос на 99,9 %.

Касательно криминалистики, которой пользуются сейчас, это, обычно, следы папиллярного узора (есть картотека), срезы волос, радужная оболочка глаз, ушная раковина, слюна и т.д..

– Как с течением времени поменялся изображение правонарушителя? На данный момент, например, все почаще в новостных повестках бытуют преступного деяния коррумпированной направленности.

– Коррупция была, есть и будет. Сейчас мы беспокоятся за то, что на скамье обвиняемых чрезвычайно много дам, юных мужчин и чрезвычайно значительное число подростков обоих полов. Законотворец понизил возрастной ценз – было 16, на данный момент 14. Российский Кодекс обусловил: несовершеннолетним наибольший срок, вне зависимости от совершенного преступного деяния , от его тяжести, менее 10 лет. Постановление Пленума Верховного Суда России о назначении наказания ребенку обусловило: советовать судам не назначать наказание, связанное с лишением свободы на срок больше 7 лет. Судебная практика на данном и тормознула.

Мы сейчас говорим – уголовное наказание с четырнадцать лет. Если в данном возрасте его посадили и дали десять лет (получил 7), он должен выйти в возрасте 21 года. Однако в воспитательной колонии (была ранее воспитательно-трудовая колония) содержат только до восемнадцать лет. Закон дозволяет созвать комиссию с участием прокурора и суда, которая даст рекомендацию о необходимости оставить его до 21 года в воспитательной колонии. Он – положительный пример для тех, кто там отбывает наказание. Однако это один–два, максимум три примера на одну колонию. Государственная Дума пошла по пути меньшего сопротивления – уменьшила до девятнадцать лет. Другими словами до восемнадцать лет посиживает, в 19 выйдет. Однако вы не даете возможности ему выйти из данного положения!

Законотворец верно подразумевает: если несовершеннолетний, который отбывал наказание в местах заключения, совершает преступление во взрослом возрасте, то его судимость по малолетке не оказывает влияние на следующие приговоры. Положительный факт? Положительный. Однако от него отказались.

Дальше. Была мера наказания в отношении подростков – отсрочка вердикта. Эту статью в отношении них убрали. На данный момент эту меру используют только в отношении дам, совершивш?? преступление, при наличии молодых детишек до четырнадцать лет.

– Вы пришли в педагогическую деятельность по приглашению Раиса Фалиховича Шайхелисламова. Тогда сам факт того, что глава суда преподает дисциплину учащимся вызывал экстаз. Поведайте об этом.

– Я был приглашен почасовиком после защиты кандидатской диссертации по предмету «Уголовное право и правила назначения наказания за редкие преступного деяния по УК Россия». А сначало Раис Фалихович позвал меня как главу суда и как практика на выступление перед учащимися.

– Как вы сможете оценить сегодняшнюю судебную практику сейчас уже с высоты собственного преподавательского опыта? Как оцениваете маленький процент вынесения оправдательных приговоров?

– Когда ввели институт присяжных заседателей, число оправдательных приговоров резко увеличилось, так как решение начали выносить они. А председательствующий судья непременно учитывает содержание решения присяжных. Если решение – невиновен, он обязан вынести оправдательный вердикт. И вышло так: большая часть оправдательных приговоров потом были опротестованы и отменены. Резкое сокращение оправдательных приговоров.

Сейчас, во-1-х, качество следствия, качество тяжб в суде дает ответ на все вопросы совершенно точно. Осечек не много, не много оправдательных приговоров, если они и возникают, то они возникают с подменой, назначением другой меры наказания или меры, которая не связана с лишением свободы.

Анастасия Клевцова

*Организация признана радикальной и под запретом в России

Источник: chelny-biz.ru